Шансы и риски импортозамещения

12.09.2014 Издание

Курс нашего государства на замену импортных продуктов отечественными открывает широкие перспективы перед российскими ИТ-компаниями. Такие надежды прозвучали в большинстве выступлений участников пресс-брифинга на тему импортозамещения, который провела ассоциация РУССОФТ. Возможно, этот оптимизм отчасти был связан с приятным событием — празднованием  15-летнегоюбилея РУССОФТ. Однако в этой бочке меда оказалась изрядная ложка дегтя.

Отрицательные последствия

Многие компании уже ощутили влияние санкций против России на своем бизнесе с  зарубежными заказчиками, причем не столько самих санкций, сколько сложившейся политической обстановки. «С точки зрения бизнеса нам мешают не санкции, а то, что их породило. Приходится доказывать, что мы  находимся вне политики, являемся частью общемирового ИТ-рынка», — посетовал Николай Пунтиков, президент компании FirstLine Software.

Сегодня интеграция с мировым бизнесом выходит нашим ИТ-компаниям боком, приводя к сокращению продаж. Так, на фирму SOLVO, системного интегратора и  разработчика ПО для управления логистикой, повлияло снижение цен. Генеральный директор SOLVO Елена Гребенщикова объяснила это падением грузооборота и переориентацией перевозчиков на Дальний Восток, где расценки ниже. Кроме того, компания собиралась выходить за рубеж и принимать участие в тендерах, но получила отказ.

Аналогичную ситуацию отметил Андрей Свириденко, президент и основатель фирмы SPIRIT, которая работает на экспорт, производя платформы для голосовых видеодвижков. По его словам, американские предприятия стали более осторожно относиться к платформе, разработанной в России.

Настороженность зарубежных клиентов подтвердил и Вячеслав Ванюшин, генеральный менеджер компании Auriga, разрабатывающей ПО под заказ, у  которой 85% заказчиков — зарубежные фирмы: «Обстановка на Западе нервная. Правда, наши клиенты — люди разумные, они хотят делать бизнес и  говорят, что будут с нами работать, пока им это явно не запретят. Однако новые заказчики относятся к нам с осторожностью».

То же самое почувствовали и в фирме «Диасофт Платформа», которая выпускает банковское ПО. Она начала было трансформироваться в международную компанию, но иностранные клиенты, особенно американские, из-за угрозы санкций стали с опаской относиться к российскому софту, потому что не хотят рисковать.

Кроме того, некоторые ИТ-игроки пострадали из-за событий на Украине, так как имели там подразделения и вели бизнес. «Мы много продавали Украине, у  нас был офис в Донецке. Теперь эти продажи на нуле», — сказал Михаил Готальский, директор компании TrueConf, выпускающей системы видеоконференцсвязи.

Как быть и что делать?

Оказавшись в непростой ситуации, игроки стараются не падать духом, а искать позитив. Михаил Готальский, например, считает: «Импортозамещение — это огромный шанс для российской ИТ-отрасли, особенно для молодых компаний. Государство может помогать российским производителям с помощью госзаказа, но  делать это надо с умом». По его мнению, поддерживать следует не  новичков, начинающих с нуля, а те компании, которые уже заняли позиции на  рынке, показали, что могут конкурировать с зарубежными вендорами.

Тему конкурентоспособности наших продуктов на мировом ИТ-рынке поддержали многие участники дискуссии, опасаясь, что протекционизм может привести к  застою и даже к мононополизации. Президент ассоциации РУССОФТ Валентин Макаров в качестве отрицательного примера привел наши крупнейшие корпорации: «Им не нужны инновации, они и так монополисты. А пока нет конкуренции, не будет хороших российских продуктов».

Ориентироваться на заграницу необходимо и потому, что наш ИТ-рынок невелик — порядка 1,5% от мирового. «Поэтому создавать и развивать сложные технологии, такие как у Intel, нам невозможно. Говоря об импортозамещении, нужно иметь в виду не противостояние экспорта и импорта, а их  совмещение», — уверен Тагир Яппаров, председатель совета директоров группы компаний «АйТи».

Наши регуляторы вроде придерживаются такой же позиции. По словам Рашида Исмаилова, заместителя министра связи и массовых коммуникаций РФ, приоритет отдаётся использованию российских программных продуктов, для этого будут разработаны и внедрены критерии доверенного российского ПО. Сейчас эти меры на стадии подготовки, их цель — замена иностранного ПО на отечественное. «Но до конца это делать не надо, — сказал Рашид Исмаилов. — Мы не  Северная Корея и готовы интегрироваться в международное информационное пространство. Нам нужно, чтобы уровень разработок и применения ПО значительно вырос. А для этого необходимы совместные действия бизнеса и  государства. Мы готовы к диалогу, хотим получить предложения, которые в  перспективе могут помочь нашей ИТ-отрасли усилить позиции в мировой индустрии».

Необходимость такого диалога отметил и Александр Шепилов, ответственный секретарь комиссии Совета Федерации РФ по развитию информационного общества. По его словам, комиссия уже три года занимается вопросом поддержки отечественных разработчиков ПО, но до последнего времени практических шагов так и не было сделано. Зато сейчас отрасль получила гораздо больше того, что можно было ожидать. Но важно правильно распорядиться этими возможностями, потому что наряду с шансами есть и риски. Чтобы свести их к минимуму, нужен диалог внутри отрасли, а также между отраслью и регуляторами. На последнем заседании комиссии рассматривался вопрос, как определить само понятие отечественного разработчика и создать для него преференции. Готовится проект Дорожной карты нормативных актов, которые будут согласованы с профильными ведомствами.

«Если говорить о наших принципах, то мы полагаем, что присутствие отечественных разработчиков в России совершенно недостаточно, поскольку не  обеспечивает независимости от иностранных вендоров, — сказал Александр Шепилов. — Но с другой стороны, нам очевидно, что мир меняется, и в ходе глобализации стираются многие границы. Это касается и мобильности трудовых ресурсов, и регистрации юридических лиц, и вхождения в их состав различных игроков, причем особенно это относится к сфере ИТ. В любом случае нужно использовать иностранную интеллектуальную собственность, специалистов, элементы кода. Уйти от этого нельзя, но важно соблюсти правильный баланс, который позволит нашей стране повысить уровень технической независимости и  сохранить качество сервиса для конечного пользователя на уровне мировых стандартов».

По его мнению, таким организациям, как РУССОФТ, надо задуматься о разработке стандартов качества, потому что при создании преференций у разработчиков есть большой соблазн получить их как можно быстрее, а дальше делать, как получится.

Представители отрасли ИТ с волнением ждут дальнейшего развития событий в  области госрегулирования. «Есть один вариант, которого не хотелось бы: что нам скажут — вы иностранцы, потому что у вас доля российского бизнеса не  такая как надо, и мы вас импортозамещаем. Но от этого никто не  выиграет», — опасается Николай Пунтиков.

С ним согласен Валентин Макаров, который считает одним из серьезных рисков  то, что сверху может начаться политическая игра и компании будут делить на  плохие и хорошие в зависимости от того, насколько они «русские».

Вячеслав Ванюшин полагает, что привязываться стоит не к владельцу предприятия, а к тому, что ПО сделано в России под контролем наших спецорганов: «Я за сертификацию софта госорганами, и все равно, кому принадлежит разработчик. Создать преференции сложно, потому что никто не  понимает, что такое российская компания».

Риск есть и в том, что за лозунгами об импортзамещении на второй план отходят насущные проблемы ИТ-отрасли. «Чтобы мы могли что-то разрабатывать здесь и продавать на экспорт, нужно создать условия для нормальной работы, — напомнил Николай Комлев, исполнительный директор ассоциации АПКИТ. — Но никто не думает системно, не готовит кадры, и хотя министр Никифоров обещал сделать российскую юрисдикцию привлекательной для ИТ-бизнеса, никаких действий в этом плане не предпринимается. А ведь проблем много: скоро закончится льгота по налогам, растет арендная плата и т. д. Отраслевые ассоциации должны доносить эти проблемы до государства».

Первые ласточки

Два российских сектора уже пострадали от санкций: банковский и нефтегазовый. Поэтому именно для них в первую очередь формируются пакеты ПО для импортозамещения.

Недавно «Газпром», РУССОФТ и центр развития инновационных технологий «Дельта» заключили договор, направленный на  импортозамещение ПО для нефтегазового гиганта. Как пояснил Валентин Цой, главный исполнительный директор НЦ РИТ «Дельта», речь идет о  разработке платформы, в которой ОС Windows и СУБД Oracle заменены на  российские разработки на базе Linux и СПО. Кроме того, замене подлежат специализированные системы, предназначенные для проектирования и  моделирования месторождений. В России, по оценке Валентина Цоя, порядка 94% таких систем составляют зарубежные решения.

В результате планируется создать стек ПО для нефтегазовой промышленности. «Наша цель не задавить зарубежных поставщиков софта, а вырастить своих», — сказал Валентин Цой и пригласил разработчиков к участию в  этом проекте.

В финансовом секторе санкции напрямую коснулись пяти российских банков. По  словам главного архитектора «Диасофт» Константина Варова, в них западные ИТ-решения больше не поддерживаются и новые версии не поставляются. Но у «Диасофт Платформы» есть, что им предложить. «В  2007-м мы решили сделать новую линейку банковских продуктов, независимых от  западных. Для этого частично использовали продукты других компаний, а что-то сделали сами», — сказал он.

Эта система под названием «Проект Бета» включает в качестве ОС  ALT Linux или ROSA Enterprise Linux Server, СУБД ЛИНТЕР компании «Релэкс», сервер приложений и интеграционное ПО от  «Диасофта». «На данной платформе работает конструктор банковских приложений, который мы развиваем с 2007-го, — объяснил Константин Варов. — С его помощью мы сами и другие вендоры уже создали немало приложений».

Есть и другие примеры. По словам Вячеслава Ванюшина, наши предприятия научились делать процессоры по технологии десятилетней давности, но этого достаточно для биометрических и медицинских систем: «Софт мы пишем сами, и получается абсолютно отечественный продукт».

Плюсы и минусы

Таким образом, у импортозамещения есть две стороны. С одной — позиции российских разработчиков на Западе ослабевают, так как зарубежные заказчики смотрят на них косо.

Но с другой, открываются перспективы в России. Ведь не секрет, что на нашем ИТ-рынке ведущее положение занимают западные вендоры. До последнего времени это затрудняло продвижение отечественных продуктов. «Кто бы стал покупать российский сервер приложений или СУБД в условиях фактической монополии зарубежных поставщиков? — задал риторический вопрос Константин Варов и сам же на него ответил. — Чтобы создать продукт, нужен спрос, а если он ограничен, трудно что-то создать. Но сейчас позиция заказчиков начинает меняться».

Аналогичная ситуация сложилась и в области видеоконференцсвязи. По словам Андрея Свириденко, SPIRIT сделала полностью российский продукт, но на нашем рынке ВКС господствуют западные поставщики, включая Cisco, Avaya и Microsoft. Именно они и выигрывают большинство тендеров. Однако сейчас некоторые заказчики попали под санкции, и поставки им задерживаются. SPIRIT помогает партнерам замещать западные продукты. «Надеемся, что в нынешней ситуации нам удастся потеснить западных конкурентов, которые до сих пор занимали неправомерно большую долю рынка», — выразил надежду Андрей Свириденко.

Опубликовано 12 сентября 2014 в PC Week
Рубрики Присоединяйтесь!